Эвотор

Вебинар «Учет и налоги в 2017 году»

ИЗМЕНЕНИЯ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА и общее собрание акционеров (участников)

01.09.2013 вступила в силу гл. 9.1 Гражданского кодекса РФ «Решения собраний»1, содержащая правила проведения собраний, а также основания и порядок признания недействительными принятых на нем решений.

Как следует из текста анализируемой нами новой главы Гражданского кодекса РФ (далее – ГК), введенные ею правила распространяются на решения собраний, в частности, следующих гражданско-правовых сообществ: участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве. Мы рассмотрим включенные в ГК изменения применительно к хозяйственным обществам (АО/ООО). Заметим, что ранее в Кодексе отсутствовали нормы, сколь-нибудь детально регулирующие вопросы проведения и оспаривания решений общего собрания акционеров/участников (далее – Участников). Так, например, до включения в ГК гл. 9.1, в нем содержались лишь отсылочные нормы об определении компетенции и порядка принятия решений органами управления хозяйственных обществ. Теперь кодексом определены не только общие положения о порядке принятия решений, но и требования к порядку их оформления, а также правила оспаривания принятых решений.

Перечень основных нововведений:

  • собрание правомочно в случае присутствия на нем не менее 50% участников (п. 1 ст. 181.2 ГК);
  • решение собрания считается принятым, если за его принятие проголосовало большинство участников собрания (п.1. ст. 181.2 ГК);
  • установлены 2 вида недействительности решений собрания: ничтожные и оспоримые (п. 1 ст. 181.3 ГК);
  • установлены основания ничтожности и оспоримости решений собрания (ст. 181.4 и 181.5 ГК);
  • установлено императивное «правило коллективного иска» при оспаривании решений собрания (п. 6 ст. 181.4 ГК);
  • предусмотрена возможность оспаривания принятого решения Участником, проголосовавшим «за» его принятие (п. 3 ст. 181.4 ГК).

И прежде чем перейти к анализу указанных норм, необходимо обратить внимание на содержание п. 1 ст. 181.1 ГК, согласно которой правила, установленные гл. 9.1, применяются, если законом или в установленном им порядке не предусмотрено иное. Таким образом, законодатель прямо указал на приоритет специального закона над общим (законов об АО/ООО над ГК).

Следуя этому приоритету, мы к отношениям, связанным с проведением собраний применяем соответствующие законы об АО/ООО и, следовательно, прежний механизм определения кворума и порядок принятия решений (квалифицированное большинство, кумулятивное голосование, большинство от незаинтересованных акционеров и т.д.). Что же касается положений обновленного ГК о правиле «коллективного иска», а также праве Участников, голосовавших «за» принятие решения, на оспаривание его в судебном порядке, то здесь конкуренция общих и специальных норм, по моему мнению, отсутствует. Так, закон об акционерных обществах, устанавливая перечень лиц, имеющих право обратиться в суд с иском об оспаривании решения собрания, говорит, что таким правом обладают акционеры, проголосовавшие «против» или не принявшие участия в голосовании. Кодекс, не меняя указанной формулировки, лишь добавляет к перечню субъектов оспаривания еще одну категорию акционеров. При этом, предоставляя право обжалования, закон об АО не устанавливает порядок совершения таких действий. Соответственно, и правило «коллективного иска», и право проголосовавших «за» акционеров на обжалование решения собрания следует признать действующими и подлежащими применению с 01.09.2013.

Что касается нового для корпоративного законодательства правила «коллективного иска», то суть его сводится к предоставлению Участникам права обжалования принятого обществом решения только один раз и в одном процессе. Так, в соответствии с п. 3 ст. 181.4 ГК Участник, имеющий намерение обжаловать решение общего собрания, обязан «уведомить в письменной форме заблаговременно участников соответствующего гражданско-правового сообщества о намерении обратиться с таким иском в суд…». При этом участники, не присоединившиеся к такому иску, в том числе имеющие иные основания для оспаривания данного решения, в последующем не вправе обращаться в суд с требованиями об оспаривании данного решения. Более чем разумное новшество, направленное на обеспечение стабильности деятельности хозяйствующих субъектов, к сожалению, вызывает вопросы относительно порядка его применения. Так, неясным остался вопрос о получении Участником информации об адресе/месте нахождения остальных Участников, необходимой для осуществления такого заблаговременного уведомления. И здесь, до принятия необходимых специальных норм, регулирующих порядок уведомления Участников о планируемом к подаче иске, на наш взгляд, можно говорить о двух способах выхода из ситуации. Первый заключается в уведомлении Участников о намерении обратиться в суд с соответствующим иском через общество (по аналогии с другими случаями, нашедшими отражение в законе об АО, например, при уведомлении акционеров закрытого общества о возможности реализации ими преимущественного права или направлении акционерам открытого общества добровольного или обязательного предложения о приобретении акций). Однако, ввиду отсутствия у общества соответствующей встречной обязанности по уведомлению Участников о планируемом иске, такой способ может оказаться неэффективным. Вторым вариантом нам представляется использование механизма, предусмотренного Арбитражным процессуальным кодексом РФ, который заключается в возможности ходатайствовать перед судом о возложении на юридическое лицо обязанности осуществить такое уведомление в связи с отсутствием такой возможности у истца. В этом случае нарушается правило о «заблаговременности» уведомления, но в данном случае, видимо, уместно сказать, что выбирать не приходится.

Следующее нововведение касается предусмотренных законом видов недействительности решений собрания. Вслед за градацией недействительных сделок, законодатель делит недействительные решения на ничтожные и оспоримые, вводя при этом аналогичную сделкам презумпцию «оспоримости» (решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что оно ничтожно). Следом Кодекс указывает основания ничтожности решения собрания: принятие решения в отсутствие кворума, по вопросу, не включенному в повестку дня, а также с нарушением компетенции собрания. И здесь, в общем-то, нет ничего нового. Ведь задолго до вступления в силу рассматриваемых положений идентичные критерии ничтожности решения собрания содержались в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда РФ №19 от 18.11.2003, вслед за которым законодатель закрепил сложившиеся правила «игры» и в законе об акционерных обществах (п. 10 ст. 49), и в законе об обществах с ограниченной ответственностью (п. 6 ст. 43). Разница прослеживается лишь в терминологии: постановление Пленума говорит об отсутствии у таких решений юридической силы, а Кодекс называет их ничтожными в связи с введением аналогично сделкам правила о делении недействительных решений на ничтожные и оспоримые. Говоря об оспоримых решениях, Кодекс, хотя и содержит указание на некоторые основания недействительности, не устанавливает их исключительный перечень, используя в преамбуле такого перечисления формулировку «в том числе». И все же отдельные из названных законодателем оснований оспоримости заслуживают особого внимания. Так, одно из них указывает на возможность признания решения собрания недействительным в случае, если нарушения закона, допущенные при подготовке и проведении собрания, повлияли на волеизъявление его участников. И вот именно здесь стоит вспомнить о совершенно новом для корпоративного законодательства праве на оспаривание решения Участником, проголосовавшим «за». Такое право ему предоставлено именно в случае нарушения его волеизъявления обществом. Иными словами, в случае, когда голосование «за» было ошибочным.

В заключение хотелось бы обратить внимание на содержание п. 2 ст. 181.4 ГК, согласно которому решение собрания, принятое с нарушением требований к порядку его принятия, не может быть признано недействительным, если в последующем оно подтверждено решением собрания, принятым в установленном порядке. До вступления в силу рассматриваемых нами норм схожие правила были установлены лишь применительно к спорам о признании сделок недействительными (так, ст. 79 и 84 закона об АО содержат обязанность суда отказать в удовлетворении соответствующего иска при последующем одобрении таких сделок). И здесь, как и во многом другом, прослеживается склонность законодателя к регулированию отношений, связанных с собранием, по аналогии с соответствующими нормами о сделках.

Евгений Гришанин,
 директор Нижегородского филиала ЗАО «СТАТУС»
(831)220-53-65
www.rostatusnn.ru

Федеральный закон от 07.05.2013г. № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»

На правах рекламы.

20 Марта 2014